Главная   >   Литературная келья  >  Оглавление

 

СКАЗКИ

 

Жила на раковине синяя губка. У нее было два слоя: толстый – помягче и тонкий – более жесткий. Она смывала всякую грязь, которая попадалась на ее пути. Если грязь была свежая, то было достаточно провести мягкой стороной губки, чтобы смыть ее. Если же грязь оказывалась старой, засохшей, то приходилось тереть тонким жестким слоем, сдирая заскорузлость. Губке нравилось быть посудомойкой, особенно когда после трудов праведных ее промывали чистой водой, и она, возлежа на краю раковины, смотрела на блестящие тарелки, стоявшие на сушилке в ряд. Она отдыхала и, высыхая, мирно почивала до следующей помывки.

Ей жилось бы совсем хорошо, если бы не одно ее свойство – впитывать любую жидкость, с которой она соприкасалась. Касаясь грязи, она впитывала грязь; вымывая жирный бульон, она впитывала жир. Если она мыла банку с прокисшим рассолом, то впитывала не только этот рассол, но и сам кислый запах, который потом долго не выветривался. Но если губка полоскалась в свежей проточной воде, то она становилась чистой и свежей. Иногда губку отмывали каким-нибудь порошком или ароматным средством, чтобы удалить все то, что забилось в ее поры. После этой процедуры она благоухала и была словно новорожденная.

И всё было бы совсем хорошо, если бы жизнь губки шла так размеренно и четко. Сначала работа – пусть грязная, но нужная, потом – очищение и отдых. Но мало кому удается уложить жизнь в заданные, даже очень правильные рамки. И губке это тоже не удавалось.

Бывало, что брали губку машинально и, наполнив ее всякой грязью, так же машинально оставляли, не только не промыв, но даже не выжав. Тогда губку начинало распирать, она мучилась от переполнявшей ее нечистоты и, если рядом появлялось какое-нибудь чистое существо, губка тотчас выливала на него всю свою грязь. Белое доселе блюдце покрывалось коричневыми разводами, изящная чашка, которая отродясь, кроме кофейного духа, ничем не благоухала, начинала пахнуть сырой протухшей тряпкой. Губка с ужасом понимала, что это натворила она, поборница чистоты, переживала и раскаивалась в этом, просила прощения. Но, будучи опять переполнена какими-нибудь помоями, она вновь выливала их на более чистые существа.

Своими переживаниями губка поделилась однажды с графином:

– Ты всегда такой чистый, прозрачный… Как мне стать такой же?

– Ну, губка дорогая, – великодушно произнес графин, – надо же иметь дело только с чистыми. Зачем в грязь лезть!.. Люди пьют только чистую воду, поэтому даже если появляется какой-то осадок, то они тотчас выплескивают его и промывают меня.

«Хорошо, конечно, – подумала губка, – когда все заботятся о твоей чистоте.… Но ведь я не буду губкой, если начну избегать всякую нечистоту».

И действительно, когда бы к ней ни обращались за помощью: смыть какую-то грязь или что-то оттереть, никогда не получали отказа. Губка даже не успевала подумать, что, оказав кому-то услугу, сама станет грязной. Она всегда быстро принималась за работу. И даже страдая от распиравших ее нечистот, она никогда не жалела о проделанной работе.

Однажды мыла губка дуршлаг и спросила его:

– Как быть чистой?

– Для этого, – ответил незамысловатый дуршлаг, – надо иметь большие дырки. Что пришло, то и ушло.

«Это было бы неплохо, – подумала губка, – но для меня совершенно невозможно».

На такой же вопрос умный мельхиоровый половник ответил:

– У тебя, губка, две части: одна мягкая – она легко впитывает всякую жидкость, другая жесткая – она пропускает через себя гораздо меньше. Старайся поворачиваться ко всем жесткой стороной.

Губка пыталась воспользоваться этим советом, но чаще всего это у нее не получалось. В работе она забывалась, старалась сделать как лучше, а не как выгоднее для нее, и в результате набирала грязи столько же, сколько обычно.

Один раз она обратилась к куску мыла:

– Ты всегда такой постоянный, хорошо пахнешь, к тебе не пристает никакая грязь. Ты все отмываешь… Скажи мне, как научиться быть всегда чистой?

– Видишь ли, – глубокомысленно сказал кусок, – каждый имеет свое предназначение. Мы, мыльные существа, всегда внутри неизменны, всё отмываем, но век наш недолог. Мы не жалеем себя, служим каждому нуждающемуся в нас. Но чем грязнее нуждающийся, тем больше нам приходится растрачивать себя. Главное – не жалеть себя.

– Да-а, – глубоко вздохнула губка, понимая, что она никогда не станет куском мыла.

Тогда она обратилась к водопроводному крану:

– Ты испускаешь только чистую воду. Как этого добиться мне?

– Скажу тебе, губка, откровенно: я тут ни при чем. Какова вода в трубе, такова она и во мне. Весной будут бороться с разной гадостью, и будет моя вода пахнуть хлоркой. А если перекроют воду, то я совсем заржавею, и даже новый поток не очистит меня. Мной и пользоваться не будут, сразу же заменят. Так что вся надежда на постоянство и чистоту протекающей воды.

«Да-а! – подумала губка, – но ведь кому-то надо и грязь отмывать. Но все же кран молодец! Хороший дал совет: чтобы через нас проходило больше чистой воды».

Губка очень хотела научиться избавляться от грязной жидкости. Но сколько она ни билась над этим, сколько ни старалась, ей никак не удавалось быть всегда чистой. Иногда ей даже казалось, что это у нее не получится никогда и к этому бесполезно стремиться. Но в такие минуты находился кто-то заботливый и промывал ее. Посвежевшая, она вновь возвращалась к жизни.

 

Прошло время, губка из синей превратилась в серо-пегую и стала рыхлой, грязь сквозь нее стала проходить более свободно. Это порадовало губку, но, как она заметила, чистая вода и благовония различных средств в ней тоже не задерживались надолго. Да и вообще сколько бы усилий она ни предпринимала, при всем своем стремлении к чистоте сама по себе, без посторонней помощи она никак не могла справиться.

Однажды губка разговорилась с маленькой серебряной ложкой.

– Никак, ложка, не получается у меня быть всегда чистой и благоухающей. Вот и сейчас, прежде чем отмыть тебя, сколько грязи я на тебя вылила!..

Губка даже не спрашивала ложку о том, как ей научиться избавляться от грязи, – ну откуда могла знать это маленькая чайная ложка?! Она только печаловалась ей. Но ложка дала мудрый совет:

– Ты подумай, губка, кто больше всех заботится о тебе? Старайся искренно, от всего сердца благодарить этого человека и стремиться к нему, чтобы тебе почаще бывать в его руках.

За свою недолгую, но активную жизнь в борьбе за свою чистоту губка заметила, что все по-разному относились к ней. Одни, попользовавшись, бросали, забыв даже сполоснуть ее. Другие, наспех выжав, откладывали и забывали про ее существование. И только одна Добрая Хозяйка всегда неизменно отмывала ее, какой бы она ни была. Хозяйка брала кусок мыла и намыливала губку. Открывала побольше кран, чтобы сильная струя промыла все поры. Переворачивала губку под струей и тщательно отжимала. Хозяйка всегда была доброй и заботливой. В какое бы время дня, в каком бы виде ни попадала губка в руки Хозяйки, Она всегда с любовью и заботой очищала ее от всякой нечистоты.

Заметив это, губка не стала избегать других, менее заботливых рук. Это было ей не под силу. Но она стала всем своим существом постоянно стремиться к Доброй Хозяйке. И чем больше она стремилась, тем чаще оказывалась в Добрых руках и тем благодатнее было у нее на душе.